Анатомия перехвата. Как русские летчики отгоняют самолеты США от госграницы



Пилоты дежурной истребительной авиации российской ПВО в последние месяцы буквально живут в небе. Самолеты НАТО появляются у рубежей страны все чаще и чаще: более десяти раз в неделю, по данным Минобороны. При этом авиация «западных партнеров» ведет себя все наглее и напористее.

Однако серьезных инцидентов пока удается избежать, во многом благодаря профессионализму и хладнокровию российских летчиков-истребителей. О том, что собой представляет воздушный перехват по всем правилам авиационной тактики, — в материале РИА Новости.

Информационное противоборство между крупными государствами часто может выставить рутинную, в общем-то, ситуацию в невыгодном для одной из сторон свете.

Анатомия перехвата. Как русские летчики отгоняют самолеты США от госграницы

Анатомия перехвата. Как русские летчики отгоняют самолеты США от госграницы

Во вторник телеканал CNN со ссылкой на источники в Пентагоне сообщил, что в минувшую субботу российский Су-30 совершил «небезопасный перехват» патрульного противолодочного самолета P-8A Poseidon ВВС США.

Экипаж истребителя якобы без видимых причин «подрезал» американца над нейтральными водами Черного моря — резким маневром справа-налево пересек курс «Посейдона». При этом Р-8А основательно «взболтало» реактивными струями мощных движков Су-30, после чего сугубо «мирный» борт предпочел не связываться с «забиякой» и убрался восвояси.

Версия Минобороны России гораздо более прозаичная. Американский самолет на большой скорости двигался в сторону российской госграницы. На его перехват вылетел истребитель дежурных сил ПВО Южного военного округа.

Су-30 сблизился с «Посейдоном», облетел воздушное судно, определил его тип и национальную принадлежность. После этого оба самолета отправились по своим делам — Р-8А взял курс на удаление от российских границ, а Су-30 вернулся на авиабазу. В принципе, даже перехватом это событие назвать сложно — «поздоровались» и разбежались.

«Джентльменские» сигналы

Как неоднократно утверждали военные специалисты и гражданские аналитики, главная цель разведвылетов авиации НАТО вблизи российских границ — проверка сил ПВО на прочность. Насколько быстро они реагируют, где располагаются, какими комплексами представлены.

ВКС реагируют на каждый подобный «визит» максимально оперативно.

Во-первых, другим странам совсем необязательно владеть такой важной информацией.

Во-вторых, дать отпор военному самолету, демонстративно идущему к границе суверенного государства, — дело престижа и принципа.

В-третьих, неизвестно, какой приказ получил пилот потенциального нарушителя. А значит, его перехват — вопрос национальной безопасности. Как правило, каждая воздушная операция проводится по четкому сценарию.

«Первым делом воздушное судно необходимо взять на сопровождение, — рассказал РИА Новости генерал-майор, заслуженный военный летчик России Владимир Попов. — Дежурный истребитель сближается с целью и идет с ней параллельным курсом. Главная задача на этом этапе — идентифицировать самолет-нарушитель.

Далее перехватчик передает «земле» первичную информацию: тип воздушного судна, национальная принадлежность, бортовой номер. Сразу после этого пилот истребителя начинает активно привлекать к себе внимание подозрительного борта — необходимо показать, что он под наблюдением.

Летчик, продолжая двигаться параллельным курсом, делает быстрый крен влево-вправо — «машет крыльями». С одной стороны, сообщает: «Обратите внимание, я тут!» С другой — недвусмысленно демонстрирует ракеты «воздух-воздух», закрепленные на подвесках под крыльями».

Если нарушитель никак не реагирует, истребитель, выдерживая прежний курс, увеличивает скорость и выходит чуть вперед, чтобы гарантированно оказаться в зоне видимости экипажа своего «визави».

Когда летчик убеждается, что его наблюдают, то поворотом ручки управления делает деликатный «кивок» в сторону от государственной границы, намекая, что залетному гостю пора бы и честь знать.

Если нарушитель не реагирует, летчик повторяет все элементы в той же последовательности, но со стороны другого борта подозрительного воздушного судна. Согласно правилам авиационного этикета, эти действия — предельно корректные, «джентльменские» сигналы.

«В большинстве случаев у наших летчиков нет связи с натовскими самолетами, — подчеркнул Попов. — Мы не можем разговаривать с пилотом-нарушителем, потому что обычно не знаем его радиочастоты.

Но если знаем, то, конечно, непрерывно «бомбардируем» эфир сообщениями о недопустимости его поведения и настоятельно рекомендуем ему сменить курс. В Сирии, кстати, российская и американская авиация худо-бедно координируют свои действия и имеют общий канал связи.



Это позволяет избежать потенциальных воздушных происшествий. Но такое сотрудничество сегодня — большая редкость».

Наглость или поломка

За последние три-четыре года ситуация в небе стала более напряженной. По инициативе НАТО были свернуты многие программы по взаимодействию российской и западной военной авиации.

Если раньше представители североатлантического альянса предупреждали Минобороны о планируемых полетах в сопредельных с Россией странах (например, в Прибалтике), то теперь предпочитают о них молчать. Более того, натовцы значительно увеличили количество приграничных воздушных операций.

«Мы не знаем заранее, кто, что и зачем «вынюхивает» у наших границ, — считает генерал-майор. — Может, борт мимо летит, может, у него поломка. А возможно, он специально вынуждает нас реагировать, чтобы потом западные политики в очередной раз заявили, что «русский медведь» не умеет вести себя в воздухе.

Кстати, если взять на веру американскую версию субботних событий, то «грубил» как раз их «Посейдон». Если наш Су-30 действительно «подрезал» Р-8А и потрепал его своими реактивными струями, значит, все предыдущие «джентльменские» сигналы «противолодочник» нагло проигнорировал.

И пилоту истребителя пришлось обратить на себя внимание «Посейдона» более агрессивным способом. Могу допустить, что американский борт шел с небольшим углом в сторону нашей границы, поэтому российский летчик мог решиться на подобный маневр».

Если нарушитель не робкого десятка и турбулентностью его не испугать, перехватчик «подрезает» его еще раз. Параллельно он может запросить помощь другой машины.

Далее два истребителя берут самолет-разведчик в «клещи» и сопровождают его с двух сторон. Если нарушитель даже под таким конвоем все-таки пересекает границу, перехватчики аккуратными, но недвусмысленными маневрами начинают принуждать его к посадке на российский аэродром.

Второй вариант развития событий — пилот истребителя может показать «желтую карточку» и открыть огонь вдоль курса полета нарушителя из пушки, а также боевой или сигнальной ракетой.

Это и явная угроза, и последняя попытка привлечь к себе внимание: «Куда вы двигаетесь?! Немедленно поворачивайте!» По словам Владимира Попова, подобные ситуации в 50-х годах прошлого века на границах СССР возникали регулярно.

«Хочу подчеркнуть, что сегодня такое развитие событий — большая редкость, — сообщил генерал-лейтенант. — Пилоты большинства стран летают вежливо и границу все-таки не пересекают. Провоцируют, да. Но знают, когда нужно остановиться.

Еще один момент: очень важно понимать, что даже у военного самолета может возникнуть отказ радиооборудования, навигационных систем. И он терпит бедствие, но не способен подать сигнал. В этом случае мы вежливо «сажаем» его у нас, а впоследствии отпускаем восвояси».

Виктор Попов напомнил, как в подобной ситуации оказался российский самолет. Пятнадцатого сентября 2005 года группа истребителей Су-27 выполняла перелет с аэродрома Сиверский Ленобласти на одну из авиабаз под Калининградом.

Уже на маршруте пилот одной из машин майор Валерий Троянов доложил о потере ориентировки. Исчерпав запас горючего, летчик катапультировался. Выяснилось, что он по ошибке оказался на территории Литвы. Истребитель упал в 55 километрах от Каунаса. В ходе расследования выяснилось, что причинами аварии стали ошибки пилотирования, а также отказ навигационной системы.

Летчик, к счастью, остался жив. Громкого международного скандала удалось избежать — специалистам было очевидно, что самолет пересек границу непреднамеренно. Однако этот инцидент спровоцировал в Литве скандал, когда выяснилось, что «вторжение» российской «сушки» осталось незамеченным для национальной ПВО.

Последний аргумент

Тем не менее нельзя забывать, что приграничные инциденты в воздухе могут закончиться гораздо более трагично.

«Открывать огонь на поражение пилот истребителя имеет только в том случае, если иностранный самолет нарушил воздушное пространство, никак не отреагировал на предыдущие сигналы и отказывается следовать за конвоем, — поясняет Владимир Попов.

— Летчик запрашивает «землю» и, если получает соответствующий приказ, сбивает цель. Самый яркий пример: 28 ноября 1973 года разведчик ВВС Ирана RF-4C, пилотируемый иранским и американским летчиками, из Турции вторгся в воздушное пространство СССР через Армению и Грузию.

В районе Грузии на перехват вылетел наш истребитель МиГ-21СМ под управлением капитана Геннадия Елисеева. У него было две ракеты. Одну он пустил вдоль курса полета самолета противника как предупреждение.

Тот не отвернул. Елисеев ударил второй ракетой на поражение, но она потеряла цель в облаках. А пушку заклинило.

С земли поступил приказ остановить неприятеля любой ценой. Было неизвестно, какое оборудование и вооружение нес самолет-нарушитель и какова была его цель. И Елисеев решился на последний аргумент. Он взял противника на таран, ударив его самолет снизу. Советский капитан погиб, а экипаж RF-4C катапультировался и был взят в плен на земле. Позже их обменяли на наших разведчиков.

Этот случай — первый в истории авиации воздушный таран на сверхзвуковом самолете. Западным пилотам, рыскающим вдоль российских границ сегодня, следовало бы почаще о нем вспоминать».

Автор: Андрей Коц


НАВЕРХ СТРАНИЦЫ





Уважаемые посетители! Будьте аккуратны в своих комментариях. Согласно статье 5.61 часть 2 КоАП РФ, "Оскорбление, содержащееся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, - влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от трех тысяч до пяти тысяч рублей; на должностных лиц - от тридцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от ста тысяч до пятисот тысяч рублей
Внимание! Мнение авторов и комментаторов может не совпадать с мнением Администрации сайта