default-logo

Аарон Байдберг: комментарий к отчётности Сбербанка



sberbankrossiiОтчетность Сбербанка очень красиво нарисована, спору нет. Подобного рода отчетность должна в очередной раз убедить инвесторов, что Сбербанк — это из тихих гаваней самая-пресамая тихая гавань, банк крепкий, надежный, прозрачный. Особенно инвестор должен был проникнуться пятистраничными сентенциями на предмет плохих долгов, где банк бьет свои ссуды на collectivelly и individually assessed, да по типам кредитов, да по просрочке в днях. Да уж, таких раскрытий среди российских банков на моей памяти практически никто не делал. Да что там российские, посмотрите на отчетность тех же американских банков — там такими деталями и не пахло.

Я, в прочем, Грефу не верю и у меня к отчетности есть несколько претензий.

1. Аудитор

Если кто удосужился скачать отчетность еще за первый квартал с официального сайта Сбербанка, тот пытливый инвестор мог заметить, что Сбербанк поменял аудитора. Инвестору подобная замена одной Big4 компании (PricewaterhouseCoopers) на другую Big4 компанию (Ernst & Young) может показаться шило-мыльным свопом. Это так, но не совсем.



Во-первых, сам по себе факт замены должен был вызвать на рынке вопросы и формальные отмазки должны были вызвать еще большую настороженность (ротация компаний раз в пять лет, согласно SOx, рекомендациям которого Сбербанк, к слову, следовать не должен, так как не под SECом ходит). Аудитора обычно меняют потому что старый раскопал что-то такое, чего раскапывать был не должен, или стал слишком сильно трахать мозг.

Во-вторых, существует у аудиторов такое сленговое словечко, называется «аудит первого года», под которым всякий понимает примерно следующее: «В этом финансовом году мы нихера в этом банке не найдем, максимум какой-нибудь мелкий плаг в годовой отчетности». Так вот у Янга это аудит первого года. Ну пожелаем им удачи, им еще Опель к Сберу консолидировать. А сами задумаемся над качеством проверки отчетности международной аудиторской компанией на первом году.

2. Сама по себе форма отчетности

Напомню, что перед нами сокращенная полугодовая отчетность, проверка которой аудитом не называется, а называется красивым словом review, релаенс на результаты которого ниже, чем на аудит, процедуры ревью изложены в 34-ом стандарте. Можете не читать 34-ый, я вам перескажу, — нихера там короче не делается, так, парочка аналитических процедур да проверка контролей (это когда младоаудиторы ебут мозг бухгалтерам вопросами из серии «кто проверяет расчет нормативов»).

3. Теперь, значит, по цифрам

Меня очень сильно смущают:

(А) Сильно выросшие процентные доходы при практически не выросшем кредитном портфеле и гораздо слабее выросших процентных расходах. В переводе на человечий — с того же самого портфеля, который у банка был и раньше при условии мало(!)выросшей стоимости привлеченных средств банк стал получать практически в два раза больше процентов. Это при том, что на депозиты физиков (которые в абсолютном выражении нехреново выросли) ставки скакнули кратно и народ всё понес в Сбер.

(Б) Качество ассессмента ссуд, оцениваемых на коллективной основе (это когда вы оцениваете не каждый кредит, а огромный пул сразу, скажем, кредиты юридическим лицам, выданные в мае в рублях на два года в Московской области). Потому что, как мы видим, если оценивать ссуды индивидуально, то там вылезают огромные неплатежи (и соответствующий объем резервов) и прочие бяки типа stand-stills, а вот с коллективным импейрментом у нас всё как-то слишком хорошо

(В) Девять миллиардов чистого доходу от операций с валютой. Тут вообще адовый ад какой-то. За полгода 2009-го Сбер от переоценки (!) валюты (т.е. представьте себе, сколько у них наличных денег в инвалюте и кто в этой стране играет против рубля) получает 16 миллиардов рублей и теряет 15 миллиардов на производных финансовых инструментах, имеющих в качестве подлежащего актива валюту за тот же срок. Прям-таки какой-то саботаж корпоративного масштаба. Напомню, что 16 миллиардов — это бумажная прибыль от переоценки, а 15 миллиардов — это РЕАЛЬНЫЕ потери от неумения пользоваться валютными хеджами

(Г) Ну и комиссионные доходы у нас как-то слишком резко вырастают до фантасмагорических сумм. К слову, комиссионный доход — это такой кусок, который сложнее всего проверить. Представьте себе все сделки, за которые Сбер брал комиссию в течение первого полугодия. А теперь представьте, что вам нужно проверить, правильно ли отражены цифры полученного комиссионного дохода по этим сделкам. Представили? То-то!

Вот такой вот рок-н-ролл

Аарон Байдберг



Загрузка...

Аарон Байдберг: комментарий к отчётности СбербанкаПодписывайтесь на канал "Stockinfocus" в Яндекс.Дзен, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.

Узнайте больше