Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Битвы олигархов: передел украинского химпрома

Сейчас на Украине наступает то редкое и волшебное время, когда наличие дефицитного ресурса можно конвертировать в деньги, власть, активы и прочие атрибуты радужного будущего. Разумеется, не всё гладко, определённые проблемы есть: уцелеть в схватке с коллегами и постараться в пылу схватки не развалить остатки государства. Которое, впрочем, и было развалено с целью наступления этого самого времени.

Битвы олигархов: передел украинского химпрома

Титановые ГОКи, уже возвращаются государством в своё (а на самом деле — И. Коломойского) распоряжение. Однако это не единственная точка столкновения интересов двух олигархов. В самое ближайшее время они выяснят, кто будет распоряжаться украинской химической промышленностью.

Несколько лет назад, когда Д. Фирташ оформлял своё фактически монопольное (4 из 6 активов) положение в производстве удобрений, И. Коломойский всё же предпочёл сохранить за собой «Днепразот». Шестой завод — Одесский припортовый, находится в государственной собственности. Именно за него вскоре развернётся борьба, в ходе которой на Украине может возникнуть новый крупный химический холдинг. И, скорее всего, исчезнет старый.

Важный актив

На ОПЗ свет клином сошёлся по ряду причин. Во-первых, он государственный, и тот, кто имеет влияние на действующую власть, имеет и преимущества во время приватизации. Во-вторых, ОПЗ — конечный пункт аммиакопровода Тольятти-Одесса, отсюда удобрения уходят на экспорт. Следовательно, владелец контролирует не только завод, но и стратегический канал сбыта «Тольяттиазота».

До лета текущего года поставками природного газа на ОПЗ занимался газовый трейдер Д. Фирташа («РГК Трейдинг»). Схема довольно известна: трейдер поставляет сырьё, руководство госактива отчитывается о растущей задолженности, правительство поручает фонду госимущества выставить актив на продажу. Право преимущественной покупки получает кредитор (вариант: всё то же самое проделывается через банкротство).

Однако Фирташу не повезло: финансовые показатели завода резко улучшились, а «РГК Трейдинг» отлучили от поставок газа. По сути в схеме изменилось лишь одно: ОПЗ начали готовить для продажи другому покупателю — Коломойскому. Однако есть одно затруднение, с которым Коломойский уже сталкивался (когда «отжимал» Кременчугский НПЗ): мало взять под контроль актив, нужно обеспечить для него поставки сырья — самому или через государство.

Напёрсточная хроника

Летом ОПЗ получал реверсный газ из Венгрии: E.On поставляла его компании «Нафтогаз Украины», а «Нафтогаз» — заводу. Но в конце сентября реверс через Венгрию был заблокирован РФ. С тех пор поставки идут, что называется, в ручном режиме — А. Яценюк лично распорядился отпускать заводу природный газ, причём в долг.

Фокус в том, что ранее он же своим распоряжением запретил остальным химпредприятиям (принадлежат Фирташу) до конца отопительного сезона использовать находящийся в ПХГ природный газ (принадлежит Фирташу). Таким образом, ОПЗ переключили на новую схему наращивания задолженности, а одного из претендентов на покупку выключили из борьбы.

Разумеется, опальный олигарх побарахтается. Он уже выставил ОПЗ иск за газ, поставленный в первой половине 2014 г., — удовлетворение иска автоматически подымет стоимость ОПЗ на 100 млн долл. Запрет использовать свой же газ тоже будет опротестован в судах. Однако толку от этого будет мало, так как к моменту вынесения окончательного судебного решения (допустим невероятный вариант, что оно будет в пользу Фирташа) отопительный сезон как раз закончится.

Действия правительства лишили Фирташа главного — возможности и дальше осуществлять поставки газа на ОПЗ, постепенно подминая завод под себя. Как только правительству удастся найти для него надёжного поставщика, ОПЗ будет выставлен на продажу.

И участвовать в его приватизации для Фирташа особого смысла не будет, он к тому времени окажется перед куда более важным вопросом: стоит ли сохранять свой химический холдинг, если украинское правительство банально «запрещает» технологический процесс?

В борьбе заденет и соседей

Всё вышеперечисленное к тому же чревато проблемами для российского бизнеса. Фирташ ещё в 2011 году заключил с Роттенбергом своего рода пакт, обтекаемо названный «сотрудничеством в сфере продаж минеральных удобрений и технических вопросов». Конечной целью партнёрства был контроль над 15–20% мирового рынка минеральных удобрений с возможностью влиять на мировые цены (а значит, и на цены зерна, продукции животноводства и т.д.). Теперь этим планам вряд ли суждено сбыться, а зерновой пул в рамках ТС будет менее эффективным, чем мог бы.

ТОАЗу же предстоит срочно достраивать терминал в порту Тамань. Это далеко не равноценная замена аммиакопроводу, но иного выхода у предприятия, похоже, нет.

Отдельный вопрос — горловский «Стирол» и северодонецкий «Азот». Во-первых, ДНР и ЛНР анонсировали национализацию активов, но в чьей собственности в результате окажутся заводы, пока неясно. Во-вторых, у обоих заводов точно такая же проблема, как и у ТОАЗа: они с высокой вероятностью лишатся возможности эксплуатировать аммиакопровод, что влечёт за собой необходимость выстраивания новой схемы сбытовой логистики.

С другой стороны, пока на Украине идёт передел химической отрасли и поиск новых поставщиков природного газа, российские и новороссийские производители могут попытаться занять украинскую долю мирового рынка.

Автор: Иван Зацарин