Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Из Крыма депортировали и греков, и армян, но громче всех поют татары

Самые авантюрные решения всегда приходят внезапно. Так и тут: глядя, как в ясное бахчисарайское небо дружно улетают печальные голубые шарики в память о тех, кто был депортирован из Крыма в мае 1944-го, я и представить себе не могла, что в газетах скоро будут писать обо мне, а не я…

Церемония открытия мемориала памяти жертв крымской депортации, который существует пока в виде проекта, а пока представляет из себя вагончик на пьедестале, была душевной и трогательной. Рассказы крымско-татарских бабушек, которые и спустя 72 года плакали, вспоминая, как их семьи вывезли в Узбекистан, вызвался переводить один хороший человек, Рустем Халилович Сулейманов. Времени поговорить нам не хватило – на церемонию как раз прибыли священник и имам, потому я записала его телефон, отметив про себя, что разговор нужно продолжить.

Из Крыма депортировали и греков, и армян, но громче всех поют татары

Вопросов к нему было много. Правда ли, что крымские татары к истории воссоединения Крыма с Россией относятся без симпатии, и почему? Соответствует ли действительности, что указ об их реабилитации, который еще в апреле 2014-го подписал Путин, захлебнулся в российской бюрократии? Что стоит за слухами, что в Крым вернулись сталинские времена и нелояльных крымских татар арестовывают за комментарии в интернете? Наконец, почему певица Джамала, которая только что на «Евровидении» напомнила миру о страданиях своего народа, 18 мая к этому самому народу не приехала?

Обстановка в Бахчисарае была не то, чтобы прифронтовой, но какой-то нервной: большинство ресторанчиков и сувенирных лавок закрылись по случаю траура. По исторической части города несколько раз проехала колонна машин с голубыми крымско-татарскими флагами, клаксоны немного погудели, но быстро стихли. «Полиция обвинила автолюбителей в сепаратизме», — быстро пронесся слух по главной улице, на которой стоит Ханский дворец. Было неуютно.

Мемориал памяти жертв крымской депортации существует пока в виде проекта, а сейчас представляет из себя вагончик на пьедестале
Мемориал памяти жертв крымской депортации существует пока в виде проекта, а сейчас представляет из себя вагончик на пьедестале

Рустем Халилович на телефонный звонок живо отозвался, пригласил зайти в дом, угостил чаем. И оказался не просто российским патриотом, а участником движения «За Союз с Россией», основанным еще в 2003 году, и человеком, который получил медаль «За возвращение Крыма».
[quote align=»left»]

"Татарско-турецкое наступление" началось в Херсоне«Татарско-турецкое наступление» началось в Херсоне

[/quote]
Мы с ним славно поговорили. О том, например, что все репрессированные народы в 1956-м году советские власти вернули на родину, а крымских татар с турками-месхетинцами – нет. Что возвращаться домой его семье пришлось крайне непросто, в отличие от тех, кто был выслан из России — местные власти тогдашней Украины, в составе которой находился Крым, всячески этому препятствовали. И свет в его квартире отрезали, и воду отключали – точно так, как Украина поступает с Крымом сейчас.

Что жить с клеймом «народа-изгоя» очень тяжело, мы даже не представляем, как… Если были среди крымских татар предатели – то почему не было показательного суда? И почему никто не говорит о том, сколько было героев – чего стоит один, например, летчик и дважды Герой СССР Аметхан Султан? Тот самый, на портрет которого экс-лидер Меджлиса Мустафа Джемилев, однажды фыркнул: «Нашли кого славить…Он воевал не на той стороне».

Джемилев, — рассказывал Сулейманов, — только компрометировал крымских татар и строил за счет скандалов свой имидж, а за сам народ, который 25 лет мечтал о реабилитации, не заступался.

Рассказы крымско-татарских бабушек, которые и спустя 72 года плакали, вспоминая, как их семьи вывезли в Узбекистан, вызвался переводить один хороший человек, Рустем Халилович Сулейманов
Рассказы крымско-татарских бабушек, которые и спустя 72 года плакали, вспоминая, как их семьи вывезли в Узбекистан, вызвался переводить один хороший человек, Рустем Халилович Сулейманов

Еще говорили о музыке, потому что Рустем Халилович – профессиональный скрипач. И о Джамале, конечно, как без нее… Не о подсчете голосов – эту тему все уже отыграли. О песне, при упоминании которой любой крымский татарин – вне зависимости оттого, друг он России или враг — замирает. Насколько она была уместна на шоу, которое голосует то за фриков, то за клоунов – другой вопрос.

Что же касается самой Джамалы, то Рустем Халилович сказал следующее: «Я подхожу как музыкант – у нее действительно уникальный голос. Как скрипичный звук! Диапазон просто невероятный. Родители у нее музыканты, Галина Михайловна и Алим. Сусанна награды достойна — если к делу подходить без политики. Пусть она свою судьбу делает сама».

Из жизни отдыхающих

Вы ведь уже догадываетесь, что было дальше — если учесть, что меня тоже зовут Галина Михайловна? Правильно: возникла идея поехать в поселок Малореченское, где живут родители Джамалы, передать слова Сулейманова и попроситься на ночлег, зная, что они сдают отдыхающим комнаты. Адрес выяснить было нетрудно – его вам в поселке назовет каждый первый встречный.

Высокий зеленый забор на улице Виноградной только внешне казался крепостью – железная дверь легко открылась и мы оказались в несколько запущенном дворе, густо заставленным кадками с пальмами. Откуда-то сверху, из хозяйского дома, раздавался ангельский голосок юной Джамалы – Сусанны Джамаладиновой. Оказалось, Галину Михайловну снимает телевидение агентства «Рейтер», и она под камеру слушает дочкины детские записи. Они и правда были волшебны!

По исторической части города несколько раз проехала колонна машин с голубыми крымско-татарскими флагами, клаксоны немного погудели, но быстро стихли
По исторической части города несколько раз проехала колонна машин с голубыми крымско-татарскими флагами, клаксоны немного погудели, но быстро стихли

Через полчаса она спустилась к нам сама – красивая женщина с хорошим макияжем, несколько взволнованная после интервью, которое длилось два часа.

— Как я устала от журналистов, — пожаловалась она.

[quote align=»right»]

Почему турки вспомнили, что продали Крым?Почему турки вспомнили, что продали Крым?

[/quote]

— Да я тоже как-то, знаете ли, несколько из них… — смущенно призналась я сходу. Штрилиц из меня никакой, радистка Кэт – тем более…

— Оп-па, — напряглась было Галина Михайловна. Серые глаза сразу стали стальными.

— А чего вы боитесь — только что давали же интервью, — удивилась я.

— Так то были журналисты проверенные, мне с ними Денис (продюсер Джамалы – Г.С.) велел пообщаться!

Ну да ладно, как-нибудь все само разрулится. Разговоры решили оставить на утро.

«И поговорим, и песни послушаем», — пообещала Галина Михайловна.

— Вы у меня – первые ласточки, — почти ласково сказала она, вынося постельное белье.



Родители Джамалы, как и все без исключения жители приморских городков и поселков, сдают комнаты, и имеют на это полное право. А мы, как отдыхающие, имеем право их снять – зря, что ли, рядом с их домом выстроен мини-отельчик номеров на 15? Ситуация находится в правовом поле, никто никого не обманывает. Мы с мужем ушли гулять.

Вернулись поздно. Долго сидели на балконе, разглядывая, как серебрилось море в отблесках единственной в мире церкви-маяка, которая освещает путь кораблям и находится как раз в Малореченской. Пытались угадать запахи и звуки, в которых прошло детство певицы Джамалы, которые она потом трансформировала в музыку.

К дому подрулил автомобиль. Водитель вышел, но калитку не открыл — вернулся на пару домов назад и о чем-то долго разговаривал с соседкой. Потом зашел во двор, взял фонарик и бодро взбежал по лестнице на длинную галерею. Это был папа Джамалы, Алим – черноглазый, быстрый в движениях и очень симпатичный человек. Он принес горьковатые оливки, которые засолил собственноручно, ну, а мы ему налили крымского вина.

Ни камеры, ни диктофон даже не доставали – зачем? Мы просто говорили о жизни, причем никто и не скрывал, что я — журналист. Мне показалось, что Алима это вообще не заинтересовало.

Вид с балкона дома родителей Джамалы
Вид с балкона дома родителей Джамалы

«Вы кажетесь мне подозрительными»

Привожу по памяти то, о чем рассказывал папа Джамалы.

— Наша дочка — талант от Бога. Жена у меня — пианистка, а я – дирижер. Где мы познакомились? В музыкальном училище в киргизском городе Ош ( «Он так прекрасно пел – что я и влюбилась», — дополнит потом его рассказ Галина Михайловна -Г.С.). — Мы знали, что у нашей дочери на Евровидении конкурентов нет. Все – и Киркоров, и Лазарев, и австралийка — подошли к ней потом и сказали: “Джамала, ты – лучшая!”

Малореченское вообще-то — наше родовое село. Дедушкин дом стоял там, где сейчас пансионат «Юбилейный». А от маминого дома осталась одна стена.
[quote align=»left»]

Час расплаты настал. Порошенко отдаст татарам Запорожье и ХерсонЧас расплаты настал. Порошенко отдаст татарам Запорожье и Херсон

[/quote]
Я закончил 9 классов и поехал поступать в ГПТУ в Симферополе – чтобы хоть куда-то здесь воткнуться. Там удивились: такой хороший аттестат, и к нам? Старостой группы был, отличником, но через месяц меня как крымского татарина выгнали под задницу. Шел 1968 год. Вернуться сюда официально нам еще долго не разрешали. Потом, когда мы наконец переехали, я начал землю рыть, огородом заниматься, потому что работать в музыкальную школу, в отличие от Галины Михайловны, меня не взяли. Но и ее не сделали директором, когда узнали, что муж – крымский татарин.

— Да-да, — подхватываем мы тему. — Знаем. Были на открытии мемориала памяти жертв депортации. Все было торжественно и очень достойно!

— Это «Дас ист фантастиш…» — кривится и несколько цинично комментирует наши восторги Алим.

— Почему? — мы искренне удивлены. — А молитвы? А речи? А голубые шарики?

— А что, нельзя было раньше памятник поставить? – отец Джамалы начинает злиться.

— Так здесь же Украина была! –напоминаем мы. — И вообще – почему вы адресуете претензии к России и россиянам, если приказ о депортации крымских татар подписали два грузина – Джугашвили и Берия?

— А что — при Союзе нельзя было поставить? При чем тут Украина? И Грузия при чем? – уже почти кричит он. А потом вдруг говорит: «Вы кажетесь мне подозрительными. Такие вопросы задаете… К нам постоянно ломятся люди, ищут негатив, а потом показывают по российскому телевидению совсем в другом ракурсе”. И тут же перестраивается, будто переключает рычаг: “У нас все прекрасно, мы живем хорошо», – повторяет он некую мантру.

Родное село Джамалы - Малореченское
Родное село Джамалы — Малореченское

Историческая или политическая?

…Как же не хочется говорить о политике, когда в нескольких сотнях метрах плещется море, а под балконом качаются пальмы…Мы открываем еще одну бутылку сухого и говорим о том, что мир вовсе не черно-бел, и что в нем много красок. И что у нас с ним много общего: любовь к Крыму, например. Или любовь к музыке. И что на свете гораздо больше вещей, которые нас с крымскими татарами объединяют. Он слушает.

Папа Джамалы, Алим – черноглазый, быстрый в движениях и очень симпатичный человек
Папа Джамалы, Алим – черноглазый, быстрый в движениях и очень симпатичный человек

— Моя дочка – звезда мирового масштаба! На «Новой волне» в Юрмале в 2009-м году жюри ей хлопало стоя! У Лазарева хороший голос, но он поет вот в таком диапазоне (он показывает ладонями маленькое окошечко). А у моей дочери это окошечко вот такое (соответственно, широко разводит руки). Я горжусь своей дочкой, она своей победы достойна.

Ну где тут, скажите, политика? Она спела песню о депортации крымских татар, о которой ей рассказала бабушка. Вы можете себе представить: 12- летняя девочка, моя мама, приходит в больницу, в которой лежит ее мать, приносит еду. Через полчаса приходит опять – а матери в живых уже нет. Как нет? Она же только что тут лежала! А умерла, говорят, за это время… И ей приходится идти в морг и копаться среди трупов, которые свалены как попало… Это мне рассказывала моя родная мать.

Сусанна спела историческую песню, а не политическую, как рассказывала в интервью российскому телевидению наша соседка. 25 лет с нами рядом прожила, и туда же: «В Крыму жили не только крымские татары. Мой муж тоже был депортирован, а он грек». Оказывается, мы здесь не коренной народ! Запомните: у нас другой родины нету. У армян есть Армения, у греков Греция, у болгар – Болгария. А у крымских татар – только Крым. Зачем из нас делают террористов, хотя за 25 лет в Крыму не было ни одного теракта?

После «Новой волны» соседи на улице выставили столы с угощениями, и выложили из цветов на воротах слово: «Поздравляем!» А сейчас ни-че-го. Вы ведь видели, как меня вечером остановила девушка из соседнего дома Так вот: днем, когда она шла со свекровью, она промолчала, а ночью говорит: я вас искренне поздравляю!

Портрет певицы висит на стене в родительском доме
Портрет певицы висит на стене в родительском доме

«У нас все хорошо», — повторяет он и уходит спать.

Наутро к нам вышел совсем другой человек – на часах еще не было 8 утра, как Алим уже везде позвонил и все выяснил. «Я про вас все знаю! Вы из «Комсомольской правды!» — вскричал он, прибежав с задней части двора. И что? Мы этого и не скрывали. Что мы делаем не так, кроме того, что просим дать интервью и рассказать о крымских татарах? О депортациях, правды о которой те столько лет добивались?

Увы. Достучаться до сердец родителей Джамалы так и не удалось.

Мы раскланялись. С улыбающимся Алимом сфотографировались на память, с Галиной Михайловной расцеловались. Тезки все ж…

— Приезжайте к нам в сентябре, инжир поспеет, я вас угощу с удовольствием. Всегда мы вам будем рады, — сказал нам на прощание Алим.

Галина Михайловна проводила до калитки. Никто нас не выгонял. Но в информационной войне главное — удар на опережение…

Сила инерции

[quote align=»right»]

Мечты ушли - осталась гадость. Как Украина фантазирует о "возврате Крыма"Мечты ушли — осталась гадость. Как Украина фантазирует о «возврате Крыма»

[/quote]
Едем в Симферополь, обсуждая, о чем будет текст и вспоминая все встречи нескольких последних дней. Не о Джамале говорим и не о ее родителях – о том, что многоязыкому крымскому обществу приходится не просто, потому что крымские татары не хотят делиться ни своей трагедией, ни своей любовью. Им почему-то кажется, что их боль больнее боли других депортированных, поэтому они не замечают, как начинают ранить сами.

В Бахчисарае есть чудесный музей народного быта, основанный крымско-татарской семьей по фамилии Дервиш. Отец в кожаном фартуке кует сувениры на продажу, сын водит экскурсию. «Эта простынка в 1944-м уехала в депортацию в Узбекистан и вернулась обратно», — с трепетом поглаживает младший Дервиш белую ткань. Это впечатляет… Покупаю в том же самом музее книжку Тимура Бекирова: «В гостях у крымских татар. Записки путешественников и этнографов 19-20 столетий», дабы приобщиться к крымско-татарской культуре.

Приобщаюсь прямо в предисловии: «… В 18 веке Дикое Поле затопляет Крым новой волной варваров. На этот раз это более серьезно и длительно, так как эти варвары – русские, за их спиной не зыбкие и текучие воды кочевого народа, а тяжелые фундаменты Санкт-Петербургской империи …Взамен пышных городов из «Тысячи и одной ночи» русские построили несколько убогих уездных городов по российским трафаретам, и частью из потемкинского романтизма, частью для Екатерининской рекламы назвали их псевдоклассическими именами: — Севастополей, Симферополей, Евпаторий.

Древняя Готия от Балаклавы до Алустона застроилась непристойными императорскими виллами в стиле железнодорожных буфетов и публичных домов, и отелями в стиле императорских дворцов. Этот музей дурного вкуса, претендующий на соперничество с международными европейскими вертепами на Ривьере, очевидно, так и останется в Крыму единственным монументальным памятником «Русской эпохи».

Трудно считать приобщением к русской культуре то обстоятельство, что Крым посетило в качестве туристов или путешественников несколько больших русских поэтов и что сюда приезжали умирать от туберкулеза замечательные писатели». Это он про наш Крым! Издано, между прочим, в 2015-м году, и не где-нибудь – а в городе Симферополе. То есть, уже при России…

В Бахчисарае есть чудесный музей народного быта, основанный крымско-татарской семьей по фамилии Дервиш. Отец в кожаном фартуке кует сувениры на продажу, сын водит экскурсию
В Бахчисарае есть чудесный музей народного быта, основанный крымско-татарской семьей по фамилии Дервиш. Отец в кожаном фартуке кует сувениры на продажу, сын водит экскурсию

И любовью к Крыму крымские татары делиться тоже не хотят. Говоришь им искренне, от сердца: «И для вас Крым – слово сакральное, и для нас – так давайте любить его вместе!» И никакого отзыва не видишь… Точнее будет сказать — читаешь в их глазах тот же самый «Крым наш», но только на крымско-татарском.

Это не мы бестактные, и не они плохие. Это все последствия правления Украины: местных русских и татар 20 лет науськивали друг на друга, готовя к конфликту. Столкновения, слава Богу, не случилось, но сила инерции продолжает крутить шестеренки этого механизма до сих пор, и он катится, катится… В качестве топлива выступают: ошибки местных крымских властей, атавизмы украинского прошлого и хронические заболевания российской бюрократии, которая способна загубить любое хорошее начинание – как губит сейчас, например, указ о реабилитации крымских татар количеством требуемых справок.

Среди крымских татар есть немало тех, кто принял новую геополитическую ситуацию с радостью. Много прагматиков, которые относятся к переменам нейтрально. Но много и тех, кто лишь спрятали иголки, замолчав до поры до времени. Почему? Все предыдущие 23 года “королями” в Крыму чувствовали себя татары. Последние два года – русские. Груз перекатывается от края к краю, самолет качается. Находиться в зоне турбулентности некомфортно.
[quote align=»left»]

Меджлис хочет крови. И крови татар тожеМеджлис хочет крови. И крови татар тоже

[/quote]
Еще неприятнее разбираться с ответом на вопрос, кто в Крыму был первым – яйцо или курица? – и погружаться в болото истории. Что раздражает русских? Что татары, говоря “Б” (то, что их народ в одночасье переселили, на полвека лишив родины), не говорят “А”, и умалчивают, ЗА ЧТО, собственно, Сталин решил расправиться с ними таким экзотическим образом.

Назовем вещи своими именами: за массовый коллаборационизм во время Великой Отечественной войны. Что выводит из себя татар? Что им об этом постоянно напоминают, забывая о том, что тысячи других их соотечественников прекрасно служили в Красной Армии: на такой крошечный народ одних Героев Советского Союза — целых восемь!

И вот что я хотела выделить отдельной колонкой в том материале, который придумывала по пути в аэропорт. Что если мы не хотим в нашем любимом Крыму постоянно тлеющего конфликта, то, наверное хватит ковырять старые ранки. Потому что крымские татары нацизм все-таки не героизируют. Ну да, захоронили руководители Меджлиса торжественно на Бахчисарайском кладбище в 2007 году прах самого известного крымско-татарского коллаборациониста Мустафу Эдиге Кырымала.

Пару лет назад я даже как-то его могилу фотографировала. Но об этом, судя по произведенному мною опросу, сегодня помнят только сами участники той траурной церемонии, и я, как журналист. Лично я ради мира готова об этом забыть, потому что в отличие от Прибалтики крымские татары не делают из своих коллаборантов героев и не ходят по улицам с их портретами, как это делается на Украине.

Вот такой неожиданный материал я хотела написать по итогам командировки в Крым. Но все вышло не так.

И это все о нас!

Загружаемся в самолет с самыми миролюбивыми мыслями, и тут новость… Джамала, выступая на брифинге перед своим концертом во Львове, возмущенно рассказала, что в “дом ее родителей обманным путем под видом молодой семейной пары проникли журналисты “Комсомольской правды”, переночевали, покормились, записали разговоры на диктофон и выложили в Интернет сенсацию”…

Это точно про нас? За “молодую пару”, спасибо, конечно, но… Во-первых, нас никто не кормил. Во-вторых, мы честно сняли далеко не самую лучшую в поселке комнату и несколько раз предлагали за нее заплатить. В третьих — даже не открывали сумку с редакционным оборудованием. Мы не брали никаких интервью, поскольку нам их не давали!

На следующий день переписанных заметок на эту тему в интернете набралось уже больше сотни. Если точно – 157. Так как больше ни у кого никаких никаких подробностей не было, журналисты, украинские и российские, включали фантазию, досочиняя детали сами. В результате получилось, что «российские пропагандисты» захватили дом, залезли в огород и искали какого-то дедушку, информируя интернет о каждом сделанном шаге …Некоторые комментаторы на полном серьезе рекомендовали Джамале проверить, не пропало ли в доме столовое серебро? В то же самое время в Британии газета “The Bulgarian Times» опубликовала гораздо большую сенсацию – что Джамала будто бы сменила не только национальность, но и пол – и ни одна живая журналистская душа на это не отреагировала…
[quote align=»right»]

Турция рвет на куски южные фланги Украины. Херсонская областьТурция рвет на куски южные фланги Украины. Херсонская область

[/quote]
Но… Вы знаете, что такое “старая школа журналистики”? Отвечаю: это профессиональная привычка записывать в блокнот основные тезисы любого разговора и умение воспроизводить беседу по памяти. Ничего сверхестественного в этой технологии нет — когда мы заканчивали свои факультеты жуналистики и не было еще ни диктофонов, ни компьютеров, мы все именно так и работали, на коленках. Поэтому я открыла свои записи и написала то, что в доме Джамалы происходило на самом деле. Именно то, что вы и прочитали несколькими страницами ранее.

Резюмируем: очень талантливая девушка Сусанна Джамаладинова вместо того, чтобы петь, зачем-то полезла в политику, и выглядит в ней примерно так же, как если бы я вдруг вышла петь на сцене “Евровидения”. В результате она сама загнала себя в ситуацию, что не может теперь приехать в свой родной дом в Малореченском, хотя российские власти ее и зовут, и даже гражданство предлагают. (“Что вы! – ужаснулась на это Галина Михайловна – ее же на границе арестуют, как режиссера Олега Сенцова, и посадят за терроризм!”).

И родителям в итоге бизнес загубила – как эти два пенсионера теперь, скажите на милость, собираются сдавать отдыхающим свои дешевые комнатки, если среди туристов могут оказаться потенциальные журналисты? По справке с работы, что ли?

Вляпалась. Вернее, вляпали. Жаль…

Автор: Галина Сапожникова