Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Путин и Байден готовятся удивить мир

По имеющейся информации, президент РФ Владимир Путин и его американский коллега Джо Байден, который никогда не отличался симпатией к России, могут принять по итогам встречи 16 июня совместное заявление, чего, например, не удалось сделать с предыдущим главой Белого дома, республиканцем Дональдом Трампом, желавшим поладить с Москвой.

Как сообщили источники издания «Коммерсантъ» в Москве и Вашингтоне, стороны работают над согласованием совместного заявления, которое главы государств могут принять по итогам двусторонних переговоров в Женеве.

Учитывая несовпадение повестки дня России и США, о котором накануне говорил заместитель министра иностранных дел РФ Сергей Рябков, «шлифовка» текста документа может продолжаться вплоть до дня встречи в Женеве.

Путин и Байден готовятся удивить мир
Путин и Байден готовятся удивить мир. Фото: РИА Новости, Алексей Дружинин

Интересный факт — за последние 20 лет совместные заявления российские лидеры принимали только с американскими президентами-демократами: так было на первых переговорах Владимира Путина с Биллом Клинтоном в 2000 году и с Бараком Обамой в 2012-м, а также на переговорах Дмитрия Медведева с Бараком Обамой в 2009 году; о договорённостях, достигнутых с республиканцем Джорджем Бушем-младшим в 2001 году Путин рассказал на словах, а в случае с его однопартийцем Дональдом Трампом Москва передала Вашингтону проект совместного заявления президентов, в котором говорится о важности поддержания диалога между первыми лицами, дипломатами, военными и спецслужбами двух стран, развитии экономических связей и продвижении контактов между людьми, американцы были готовы взять этот документ за основу, но выдвинули условие, чтобы хоть письменно, хоть устно прозвучали гарантии, что РФ больше не будет «вмешиваться в выборы в Штатах», российская сторона, естественно, не согласилась, и в итоге Путин и Трамп никакого заявления по итогам переговоров в Хельсинки 16 июля 2018 года не принимали.

Вернёмся к предстоящей встрече в Женеве

Осложнить согласование повестки переговоров и текста заявления может одно внутриполитическое обязательство Байдена, связанное с Россией, — 2 июня наступает крайний срок для принятия второго пакета санкций из-за ситуации с оппозиционером Алексеем Навальным, которого, по версии американских властей, руководство РФ отравило нервно-паралитическим веществом «Новичок».

Именно по этой причине первый пакет санкций, датированный 2 марта, введён в рамках закона о химическом и биологическом оружии 1991 года (это 4-й в истории США случай применения закона, в предыдущие разы основаниями служили применения химического оружия Северной Кореей и Сирией, а также история с якобы отравлением «Новичком» бывшего сотрудника ГРУ Сергея Скрипаля в Солсбери).

Ограничительные меры коснулись 7 высокопоставленных российских должностных лиц и 7 компаний, якобы причастных к изготовлению химического оружия. Согласно американскому законодательству, стране, в отношении которой применены санкции, даётся 3 месяца, чтобы продемонстрировать отказ от применения запрещённого оружия и допуска на свою территорию международных инспекторов.

Россия ничего из этого не сделала, потому что, во-первых, отрицает сам факт отравления Навального, во-вторых, разработки в области химоружия Россия прекратила в 1992 году, а в 2017-м уничтожила всё своё химическое оружие (в том числе запасы «Новичка»), что подтвердила Организация по запрещению химического оружия.

Это значит, что теперь Байден должен утвердить второй пакет санкций против РФ по делу Навального. Какими именно будут ограничения, американским политикам придумывать не нужно — варианты прописаны в законе о химическом и биологическом оружии:

  • понижение уровня дипломатических отношений или их полная приостановка;
  • полный запрет экспорта в Россию американских товаров и технологий за исключением продовольствия и сельскохозяйственной продукции,
  • запрет импорта Соединёнными Штатами российских товаров, включая нефть и нефтепродукты;
  • запрет на посадку в США самолётов любой авиакомпании, которая контролируется правительством РФ;
  • блокирование выдачи кредитов России по линии международных финансовых организаций;
  • запрет американским банкам выдавать кредиты России.

Из этого списка президент должен выбрать как минимум три пункта.

К слову, администрация Трампа, применяя этот закон в контексте дела Скрипаля, хотела ввести запрет на полёты «Аэрофлота» в США, но передумала, опасаясь, что зеркальный ответ России нанесёт серьёзный ущерб американским авиакомпаниям.

В итоге остановились на ограничении экспорта товаров и технологий, противодействии предоставлению России помощи международными финансовыми институтами (Всемирным банком и МВФ), запрете американским банкам участвовать в предоставлении нерублёвых кредитов правительству РФ.

Как пишет американское издание Foreign Policy, Байден оказался в сложной ситуации: с одной стороны, если санкции будут слишком жёсткими, то есть риск отмены переговоров с Путиным, с другой — если они, наоборот, будут слишком слабыми, Белый дом обвинят в мягкости по отношению к российскому лидеру.

Байдена и так уже критикуют за отмену санкций против оператора газопровода «Северный поток-2» Nord Stream AG.

«Эксперты полагают, что администрация Байдена может тихо проигнорировать дату введения санкций, посмотреть на результаты встречи с Путиным и лишь по её итогам решить вопрос о дальнейших карательных мерах. Администрация Трампа делала так в случае с санкциями из-за Скрипаля. Она ждала более 6 месяцев и только потом объявила второй пакет санкций», — говорится в статье.

Судя по последним действиям, Байден действительно настроен не обострять, а, наоборот, насколько это возможно, стабилизировать отношения с Россией.

И речь не только о пересмотре позиции по «Северному потоку-2». Если раньше тема кибератак, к которым якобы была причастна Москва, была поводом для усиления санкционного давления (причём никто даже не собирался разбираться, действительно ли РФ каким-либо образом участвовала в кибератаке), то сейчас она стала основанием для сотрудничества.

30 мая JBS USA — американское отделение крупнейшего мирового предприятия по переработке говядины и свинины бразильской компании JBS SA — вслед за австралийским филиалом подверглось хакерской атаке, в результате чего пришлось временно закрыть все заводы по производству говядины в США.

Руководство компании уведомило о произошедшем Белый дом и утверждает, что преступная организация, приславшая вредоносное программное обеспечение и требовавшая выкуп, вероятно, находится в России. Байден пообещал принять все возможные меры для смягчения последствий кибератак. Для того чтобы разобраться в ситуации, Белый дом обратился к руководству РФ.

«Вчера (1 июня. — Ред.) по линии Госдепартамента и нашего посольства в Вашингтоне состоялся соответствующий разговор. Наверное, с этой точки зрения можно говорить о том, что администрация США находится в прямом контакте с правительством России, как об этом заявила госпожа (заместитель пресс-секретаря Белого дома Карин. — Ред.) Жан-Пьер», — сообщил Рябков.

Как и бывало в последнее время, возник вопрос — состоится ли встреча Путина и Байдена после кибератаки на JBS USA? Карин Жан-Пьер на брифинге для журналистов заявила, что Вашингтон не отказывается от своих планов, потому что переговоры президентов РФ и США — это жизненно важная часть защиты интересов Америки, и Байден встречается с Путиным из-за разногласий между странами, а не вопреки им.

«Услышать непосредственно от президента Путина — это самый эффективный способ понять, в чём заключаются планы и намерения России. Нет замены взаимодействию напрямую между лидерами, особенно в сложных отношениях. Потому важно, чтобы президент Байден сел за стол переговоров с президентом Путиным лицом к лицу, дабы ясно дать понять, каковы наши позиции, дабы понять, каковы его позиции, дабы постараться сгладить противоречия и выявить сферы, в которых мы можем добиться прогресса», — объяснила она.

Даже если Кремль и Белый дом не согласуют текст совместного заявления Путина и Байдена, сам факт встречи президентов Росси и США, ядерных держав, состояние отношений между которыми многие эксперты сравнивают с противостоянием в период холодной войны, — это уже важное событие.

«Они должны обменяться мнениями о том, какие угрозы каждая из сторон видит в окружении своих стран, да и в целом на глобальной арене. (Однако. — Ред.) Мы не строим иллюзий, и мы не стараемся создавать впечатление, что будут какие-то прорывы, какие-то исторические, судьбоносные решения», — сказал глава МИД РФ Сергей Лавров.

Автор: Евгения Кондакова