default-logo

Секретный рецепт китайской экономики



Секретный рецепт китайской экономикиВ этом году рост ВВП Китая может приблизиться к 10%. В то время как некоторые страны занимаются экономическим кризисом или его последствиями, перед Китаем (вновь) встала прежняя задача – как справиться с экономическим бумом.

Благодаря решительным политическим шагам по предотвращению раздувания экономического «мыльного пузыря» жилищного строительства рынок недвижимости стабилизировался, и вскоре ожидаются дальнейшие корректировки. Это хорошая новость для экономики Китая, но плохая, возможно, для тех, кто полагал, что правительство позволит данному «мыльному пузырю» расти и расти, пока это не приведёт к краху.

Повлияет ли корректировка в жилищном строительстве на общий экономический рост, зависит от того, как определять слово «влиять». Более низкие цены на активы могут замедлить общий рост инвестиций и ВВП, но если замедление окажется (предположительно) на уровне от 11% до 9%, то Китай сможет избежать экономического перегрева, в то же время сохранив устойчиво высокий экономический рост. Вообще, для Китая текущий общегодовой темп роста инвестиций в жилищное строительство, составивший 37%, является очень негативным. В идеале в этом году он должен замедлиться, скажем, до 27%!

В Китае уже в течение 30 лет наблюдается устойчиво быстрый экономический рост без существенных колебаний или прерываний – пока что. За исключением замедления 1989-1990 гг., последовавшего за «тяньаньмэньским кризисом», средний годовой экономический рост за данный период был равен 9,45% с пиком 14,2% в 1994 г. и в 2007 г. и с низшей точкой 7,6% в 1999 г.

В то время как большинство крупнейших экономик переживали кризис на ранних этапах своего развития, история Китая кажется аномальной (или случайной), что периодически провоцирует предсказания «надвигающегося краха». Все подобные предсказания оказались ошибочными, но чем дольше длится данная история, тем больше людей предсказывают её плохой конец.



Для меня нет ничего более аномального в непрерывной модели экономического роста Китая, чем эффективное макроэкономическое вмешательство во времена бумов.

Безусловно, и экономическое развитие и институциональные реформы могут привести к нестабильности. Действительно, центральное правительство, унаследованное от старой плановой экономики с её растянутыми планами экономического роста, вызывает колебания и в значительной степени содействовало нестабильности в начале 1980-х гг.

Но во время экономического перегрева центральное правительство должно контролировать инфляцию, чтобы лопнувший «мыльный пузырь» не спровоцировал рост безработицы. Местные правительства и государственные предприятия не обязательно должны этим заниматься. Им требуется высокий рост ВВП, и их мало волнуют макроэкономические последствия. Они хотят занимать как можно больше денег для финансирования грандиозных инвестиционных проектов, особо не волнуясь ни о выплате кредитов, ни об инфляции.

Вообще, главная причина экономического перегрева начала 1990-х гг. заключалась в чрезмерном заимствовании местными правительствами. В 1994 г. инфляция подскочила до 21% (высший уровень за последние 30 лет), и значительная часть местных долгов оказалась безнадёжной, что составило 40% от общего количества кредитов государственного банковского сектора в середине 1990-х гг. Данный источник уязвимости стал менее важным благодаря жёстким ограничениям возможностей местных правительств брать взаймы, установленным после 1990-х гг.

Теперь, однако, новым источником риска экономического перегрева стал неунывающий дух первого поколения китайских предпринимателей. Экономика находится в состоянии постоянного бума, доходы растут, рынки расширяются: всё это создаёт высокий потенциал развития предприятий; все хотят воспользоваться новыми возможностями, и каждый инвестор хочет быстро разбогатеть. Им это удаётся, и пока что у них не было тяжёлых времён. Так что они активно инвестируют и торгуют, не особо задумываясь о риске.

Относительно высокая инфляция начала 1990-х гг. была предупреждением для политиков центрального правительства о макроэкономических рисках, создаваемых быстрым ростом. Лопание «мыльных пузырей» в экономике Японии в начале 1990-х гг. и через несколько лет – в экономике стран Юго-Восточной Азии стали соседскими уроками о том, что «мыльные пузыри» неизбежно лопаются.

С тех пор политика центрального правительства заключалась в торможении экономики всякий раз, когда возникала тенденция к перегреву. В начале 1990-х гг. были предприняты жёсткие меры с целью ограничения денежной массы и остановки избыточного инвестирования, тем самым предотвращая гиперинфляцию.

В последнем цикле власти начали «охлаждать» экономику уже в 2004 г., когда Китай только лишь восстановился после экономического спада 2003 г., вызванного атипичной пневмонией. В конце 2007 г., когда рост ВВП достиг 13%, правительство приняло более строгую политику против «мыльных пузырей» в промышленности (сталелитейной, к примеру) и на рынках активов (недвижимость), что создаёт условия для корректировки на начальной стадии.

Экономическая теория говорит о том, что все кризисы вызываются «мыльными пузырями» или перегревом: значит, если удастся справиться с «мыльными пузырями», то можно предотвращать кризисы. Самая важная вещь в «цикле кризиса» – это не политика стимулирования экономики за счёт бюджета после того, как кризис уже наступил, а упреждающие действия во время экономического бума с целью остановки роста «мыльных пузырей» на ранних стадиях.

Я не совсем уверен в том, что все китайские политики отлично владеют дисциплиной «современная экономика». Но, по-видимому, то, что они делают на практике, оказывается лучше того, что делают их коллеги в некоторых других странах – значительное внимание к либерализации рынка, но слишком мало внимания к «охлаждению» экономики во время бума и образования «мыльных пузырей».

Проблема мировой экономики – в том, что все вспомнили урок Кейнса о необходимости антициклической политики только тогда, когда кризис уже начался, и не предпринимали никакого симметричного вмешательства в экономику во время предшествовавшего бума. Но контроль экономического бума важнее, потому что это позволяет бороться с тем, что в первую очередь и вызывает кризис.

В некотором смысле, то, что делает Китай, мне кажется созданием подлинного «кейнсианского мира»: увеличение доли частного бизнеса и более свободная ценовая конкуренция на микроуровне, а также активная антициклическая политика на макроуровне.

Могут быть и другие факторы, которые могут замедлить или прервать экономический рост Китая. Я лишь надеюсь на то, что бдительность политиков не угаснет (и даже усилится), что позволит истории быстрого экономического роста Китая продолжаться следующие 10, 20 или 30 лет.

Fan Gang,

Professor of Economics at Beijing University and the Chinese Academy of Social Sciences, Director of China’s National Economic Research Institute, Secretary-General of the China Reform Foundation, and a member of the Monetary Policy Committee of the People’s Bank of China.

Project Syndicate, 2010.
Перевод с английского – Николай Жданович





Загрузка...