Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Мечты Петра Порошенко

29 декабря украинский президент Петр Порошенко провел очередную пресс-конференцию. Его ответы дали понять, что власти Украины не имеют понятия как выводить страну из кризиса

Мечты Петра Порошенко

Безусловно, сам президент говорит о победах — нынешних и будущих. Так, Петр Порошенко анонсировал встречу в Нормандском формате, которая пройдет 15 января в Астане. По его словам, на этой встрече Россия, Украина, Франция и Германия обсудят меры по урегулированию ситуации на Донбассе.

У некоторых политологов сразу же возникло искушение заявить о дипломатической победе Петра Порошенко. Как известно, украинский президент давно хотел заменить минский формат (где сторонами конфликта были как Украина, так и ЛНР с ДНР, а Россия выступала как посредник) на Нормандский, где сторонами конфликта являются как раз Россия и Украина.

Порошенко продолжает отрицать наличие серьезнейших внутренних предпосылок украинской гражданской войны, и уверяет, что «этот конфликт был привнесен в Украину извне… Как только иностранные войска будут выведены — никакого конфликта не будет, его нет, он надуманный». Кроме того, позиционирование России как стороны конфликта позволяет ему говорить о оборонительной, а не о гражданской войне. Неудивительно, что Россия всячески препятствовала замене минского формата на нормандский.

Надежды сопредельной страны на то, что собственный сланцевый газ вскоре придёт на смену российскому топливу, рассеялись как дым. Американская корпорация Chevron (NYSE: CVX) довела до всеобщего сведения, что отказывается от западноукраинских проектов по «сланцу».

Однако нынешнее заявление Порошенко пока не стоит рассматривать как реализацию такой замены. И даже не потому, что сами европейцы (по крайней мере представители немецкого правительства) отказываются подтверждать слова президента о саммите 15 января. По всей видимости, речь идет не о замене, а о двух параллельных процессах. Политологи уже давно говорили о том, что Казахстан станет посредником на переговорах и предоставит для их ведения площадку.

Однако речь шла не о российско-украинских, а российско-европейских переговорах (стоит вспомнить хотя бы визит Франсуа Олланда в Астану, после которого он заглянул в Россию и переговорил с Путиным). И на них будет обсуждаться не гражданская война на Донбассе (решения по которой, как и говорит Москва, должны приниматься при хотя бы формальном участии ДНР и ЛНР), а российско-европейские отношения. Сейчас, когда ситуация на Донбассе относительно стабилизировать, России и ЕС пора садиться за стол переговоров и решать, а) как выходить из кризиса в двусторонних отношениях и б) как не допустить коллапса Украины.

Понятно, что на такого рода переговорах представители ЛНР и ДНР не нужны. Как, в общем-то, не нужно и украинское руководство, однако ради приличия Порошенко обязаны были пригласить. При этом степень его реального участия в них под вопросом — как известно, на одних таких переговорах между Россией и Западом украинский министр иностранных дел просто сидел в сторонке, ожидая, пока взрослые договорятся. Не исключено, что какое-то время почитать книжку на них придется и Петру Порошенко.

Что касается внутренней политики, то и тут заявления президента несколько контрастировали с действительностью. Так, с одной стороны Петр Порошенко говорит, что в 2014 году украинские власти создали «одну из самых боеспособных армий на континенте». Причем речь идет не об армии Новороссии, созданной с нуля и еще до активной российской помощи активно отжимавшей у украинских военных боевую технику, а именно об украинской.

Которая, напомни, живет на подачки волонтеров, не хочет воевать и давно бы оставила Донбасс если бы не получала помощи со стороны добровольческих батальонов — частных армий националистических организаций и ряда олигархов. И при этом Порошенко сам себе противоречит, утверждая, что «сил для наступления на Донбассе у нас на данный момент нет».

Порошенко действительно не может наступать. Но не столько потому, что у его одной из лучших армии на континенте не хватает сил, и тем более не потому, что он «видит лишь мирный способ решения конфликта на Донбассе». Умеренность Порошенко связана с тем, что наступать ему запрещают зарубежные кураторы.

Дело в том, что сейчас западные лидеры не столько хотят наказать Путина, сколько боятся его1. Они не хотят довести конфликт до критической точки, после которой Москва будет вести себя в рамках конфронтационной модели «холодной войны» (в частности, признает ДНР и ЛНР а также, возможно, пойдет на Киев). Несмотря на то, что в этой холодной войне Россия проиграет, Запад проиграет вместе с ней. Именно поэтому Брюссель и Вашингтон действуют крайне осторожно, пытаясь нащупать выставленные Москвой «красные линии» и не пересекать их. Одну из них они уже нащупали — это блицкриг украинской армии, а точнее возможная попытка его устроить.

Подобный настрой Запада открывает для Москвы ряд возможностей — ведь ирония в том, что США и Европа не могут определить остальные линии. Однако в этой ситуации России как никогда важно сохранять выдержку и не делать лишних шагов и громких заявлений (наподобие предложения Франца Клинцевича официально поставлять оружие ДНР и ЛНР в случае, если Обама решит передать американскую технику украинскому правительству — то есть указание на эти поставки как на «красную линию»).

Ситуация в Донбассе в последние дни всё больше напоминает известную с античных времён басню про лису и виноград или поговорку «видит око, а зуб неймет».

Если Россия назовет «красной линией» незначительное возможное действие, а тем более то, которое обязательно будет совершено (Обама наверняка отправит какое-то вооружение Киеву), а после совершения его не отреагирует, то уровень страха у западных лидеров серьезно снизится.

Они могут посчитать, что Путин блефует, и чувствовать себя более свободно в мерах по наказанию России. На радость Петру Порошенко, который понимает, что вернуть контроль над Донбассом и тем более вернуть Крым он может лишь через глобальный российско-европейский конфликт.

Пока же Порошенко рассматривает Крым как один немногих имеющихся у Украины инструментов давления на Россию. Киев пользуется тем, что полуостров отрезан от остальной российской территории и фактически устроил ему режим блокады. В частности, прервал железнодорожное сообщение с Крымом а также регулярно прекращает доступ полуострова к украинской энергетической сети (понятно, что на Украине идут веерные отключения, однако крымские энергетики просят хотя бы предупреждать о сроках отключений). При этом сам Петр Порошенко уверяет, что никакой блокады Крыма нет «Есть меры, которые обеспечивают защиту Украины от диверсионных групп», — пояснил украинский президент.

Очевидно, что сроки действия «мер по защите Украины от диверсионных групп» будут продолжаться до тех пор, пока Россия не наладит инфраструктурную связь полуострова с Ростовской областью1 и Краснодарским краем. В частности, не решит (хотя бы временно) проблему транспортного сообщения морем, водную проблему а также не присоединит полуостров к собственной энергосети.

После реализации этих программ, строительства Южного Потока через Турцию и достижения российско-европейских договоренностей о нормализации ситуации украинскому президенту, возможно, придется делать куда как более реалистичные предновогодние пресс-конференции.

Автор: Геворг Мирзаян